Три часа дня, они как обычно выходят после уроков втроём во двор, стоящий неподалёку от школы, перед тем как разойтись в разные стороны. Двор не видно с улицы, учителя тут тоже не ходят — идеальное место чтобы покурить и обсудить сонм тем, беспокоящих пятнадцатилетних парней.
Зеленая краска на скамейке ободрана, как и полагается всему в этом дворе. Небо абсолютно чистое, и, почему-то луну в этот час уже видно, хотя парням было не до прелестей природы — такую истинно-человеческую слабость дозволено было показывать исключительно уезжая в деревню, и то, только если "тет-а-тет"...
Рюкзаки брошены на землю у дерева, перед молодыми лицами появляется сигаретный дым, совсем не свойственный никому, кроме одного из них. Но, хотя его лицо выражало исключительно взрослые эмоции, черты лица всё равно были детскими.
"Ну?" — Спросил один
"Что?" — Из двух уст сразу пришел встречный, столь же немногословный вопрос
"Что что? Тоха это к тебе вопрос. Нахер ты нас растащил там? Ты ж знаешь что я бы из этой драки вышел победителем. Знаешь же?"
"Знаю, Миш, знаю, и что с того?"
"Так нахер ты нас тогда растащил?"
"А зачем тебе тогда драться если ты знаешь исход? Саня мало того что слабый, он ещё и тупой. У него одно не сработает, а не работает оно часто, он пойдет на другое. И это другое это всегда завуч, и проблемы нам в итоге, хотя он всё начал."
"Это ни черта не отменяет!" — Когда Миша так кричал, даже выражение лица становилось более мягким и детским, хотя почему-то только с Тохой.
"Да всё это отменяет. Мы победили" — им важно было всегда победить — "он желаемого не получил. Я у ворот слышал что над ним даже Чуткина смеялась."
"Катька?" — поступил вопрос от Дани
"У нас же так много Чуткиных в школе Дань..."
"Да бро, Чуткина" — продолжил Тоха — "прикинь? Он перед ней как павлин пляшет год уже, и это первый раз когда его выкрутасы не дали выхлопа. Так что я объявляю победу. А ты, Миш, можешь и в другой раз его побить, благо поводов он даёт немало. Да хоть завтра в этом дворе блин. Я ж прав?"
"Да иди ты..." — Миша долго не хотел смотреть на Тоху, ведь в этом споре проиграл младшему товарищу, но всё же посмотрел — "Ладно, ладно, понял я тебя. Дань, пойдёшь с нами?"
"Не, пацаны, мать дома ждёт, я пойду уже."
пицца
Остановка.
Грязный автобус.
Короткая тропа к дому.
Изрисованный Мишей в край лифт.
Полупустая квартира — Миша в пятнадцать уже жил один.
"Есть будешь?"
"А чё там, пицца у тебя? Давай."
"Ток губу не раскатывай особо, мне ещё два дня только этими тремя пиццами и питаться." — Удивительное проявление уже другого поля слабости, которую Миша проявлял исключительно с Тохой.
"Бро так давай закажу нам одну, у меня есть немного."
Они подружились два года назад, как то раз подравшись. Никто не понимал, как из драки вышла близкая дружба. Миша в этой дружбе часто объяснял Тохе как работает жизнь, через призму его 'возрастного превосходства'.
"Миш слушай"
"М?"
"Чё мне с Леной делать?" — Миша покорно слушал и продолжал жевать пока тёплое — "Вот ты сказал, сводить её туда-сюда. Сказал чё как говорить чтобы тупым не казаться. Да блин что только не сказал. Ну окей, это я всё понял. Оказалось не так уж и сложно, просто считай настоящего себя показываю, веселимся, ей тоже всё вроде нравится. А дальше что?"
Такое наставничество Мишу хоть и забавляло, но он был очень горд другом за все его достижения. Тоха раньше не был самым сильным, самым умным (учились они оба на 3 или 4) или самым лучшим 'по решению конфликтов'. Но, он быстро всё схватывал: начал неплохо драться, после того как Тоха потащил его на рукопашку, подтянул оценки за последний год неплохо, и помогал другу с этим, теперь и неплохо решал конфликты.
Однако, в делах личных у Миши всё было сильно лучше. Он и выглядел взрослее, и был увереннее в себе, и опыта в его почти шестнадцать лет у него было больше.
"А чё ты чувствуешь?"
"Ну... Я понимаю что нам двоим друг с другом хорошо. Нравится гулять, домашку вместе делать, музыку слушать... Короче, по человечески хорошо. Но мы ж не на свидание ходили, я её гулять приглашал. На согласие в открытом приглашении на свидание со мной в нашей школе любую засмеют..."
"Досадно блин. Ты ж явно круче вариант чем тот-же Саня..." — Такую ухмылку можно было заметить и с Луны, но Миша искренне верил в своего друга. — "Ты и душой чище, и умнее, теперь и драться можешь."
"Спасибо бро... Так вот, формально это не было свидание. Вот мы гуляли пару раз, делали у неё домашку, один раз в порту музыку слушали. Типо дружба намечается. И я вроде понимаю что нравлюсь ей... Но как нравлюсь? Насколько? Достаточно чтобы дружить со мной, дрищём, или чтобы не убежать когда я за руку взять попробую, или и на поцелуй ответить взаимностью? Нихрена не понимаю."
"Оххх, тяжёлый брат случай. Ща, дай подумать..." — Думал Миша всегда под один и тот же альбом, который у него был на CD-диске. Какой-то космический джаз, о котором знал только он и Тоха.
Работая с 11 лет, он успел накопить на все самые заветные мечты: крутой комп, аудиосистема, шмотки одного маленького итальянского бренда, и теперь мог спокойно снимать квартиру, хоть и почти впритык.
Звуки космического джаза начали расплываться по квартире вместе с сигаретным дымом. Не будь тут двух подростков, можно было бы предположить, что минуту назад отсюда в магазин вышел обычный 22х-летний студент холостяк.
"А знаешь что?"
"Что?"
"А я и сам не знаю. Вот сколько не было таких моментов... Ты меня знаешь, я один долго не бываю, так что таких моментов у меня много... Я никогда не понимал, что дальше делать. Когда всё четко определено — когда тебя зовут куда-то, или ты знакомишься не в школе — всё понятно, ты ей нравишься, можно действовать спокойно. А вот в таких случаях..."
"Мда"
"Ага, вот ты и сам уже понял. Тут от нас чего-то ожидают. Ожидают и не говорят. Что-то скажешь сам, решишь спросить прямо — может обломать всё, это ж не романтично..."
Романтика для Миши была чуть ли не смыслом жизни
"Попробуешь намекнуть — получишь то же, а мы намеков не понимаем, да и намекать не умеем особо, не пацанское это дело. Остаётся только попробовать что-то сделать. Но тут, Тох, и мне стрёмно бывает — всегда этот мандраж в животе, если реально нравится девчонка...
Ведь может спугну человека, может надо ещё подождать, или наоборот, вдруг тяну уже долго? Вдруг она не думает обо мне так же, как я о ней, и я неправильно понял ситуацию. А она ведь нравится..."
"И чё делать тогда?"
"Да хрен знает, либо сказать прямо, я думаю, либо сделать когда подумаешь 'может быть это нормальный момент что-то сделать'. Оба варианта — гадание на кофейной гуще. Главное, что тебя после не будет сжирать мысль о том, что что-то не сделал. А исход уже в руках судьбы. Но чувство это всегда будет с тобой, мне так батя говорил."
победа.
Тоха сидел на качелях в парке недалеко от дома и смотрел на луну, которую видно было до сих пор. Закат оказался красивым, и ивы у пруда тоже. Рядом с ним на качелях сидела Лена. Такой свет делал её ещё краше, чем она казалась в школе.
Они молчали уже минут тридцать, и обоим было на удивление комфортно в этой тишине...
"Лен"
"А?"
"Чтобы ты сделала, если бы я сказал тебе, что ты мне нравишься?"
"Ой... Нууу, сказала бы, что ты мне тоже. И хотела бы чтобы ты меня поцеловал..."
Первый поцелуй, и при таком красивом закате... Тоха явно переплюнул своего наставника в романтике, но пока что только в ней и в оценках.
"Тош?"
"Да Лен?"
"Не хочешь погулять до поздна? Если дойдём до 'Горы', то сможем увидеть звёзды очень хорошо — небо сегодня чистое."
"Сейчас родителям скажу тогда об этом, ты тоже своим звони..."
Ночное небо и правда было чистым. То, как на нём лежали звезды, напоминало Ленины веснушки, которые он так любил, но в темноте их уже не было видно.